Жил-был в густом зелёном лесу маленький медвежонок по имени Мишутка. Он жил с мамой-медведицей в уютной берлоге под старым дубом. Мишутка был любопытным и немножко непоседливым, а больше всего на свете он любил мёд.

Однажды тёплым летним утром мама-медведица сказала: 

— Мишутка, я схожу к реке за рыбой. Играй возле берлоги и никуда далеко не уходи. 

— Хорошо, мамочка! — ответил Мишутка, но его чёрный блестящий носик уже учуял что-то сладкое и манящее.

Где-то далеко между деревьями мелькали золотистые точки. Это были дикие пчёлы, и летели они к высокой старой липе, в дупле которой прятался их улей. Оттуда и тянулся восхитительный медовый аромат.

— Только одним глазком посмотрю, — сказал себе Мишутка и потопал на запах.

Он шёл всё дальше и дальше, пока не оказался у той самой липы. Дерево было высоким, а дупло темнело где-то наверху, и из него доносилось мерное жужжание.

— Заберусь совсем ненадолго, — решил медвежонок и обхватил лапками шершавый ствол.

Он карабкался, пыхтел, сопел и наконец добрался до дупла. Внутри золотились соты, полные ароматного мёда. Мишутка запустил лапку в дупло и зачерпнул полную горсть янтарного лакомства.

— Ам! Как вкусно! — облизнулся медвежонок и потянулся за добавкой.

Но тут пчёлы заметили незваного гостя. Первая пчёлка-разведчица громко зажужжала, за ней — вторая, третья, и вот уже целый рой вылетел из дупла чёрно-жёлтым сердитым облаком.

— Ж-ж-ж-ж! Воришка! Ж-ж-ж-ж! — гудели пчёлы.

— Ой-ой-ой! — завопил Мишутка.

Он кубарем скатился с дерева, шлёпнулся в мягкий мох и со всех лап бросился бежать. Он бежал через кусты, перепрыгивал через поваленные брёвна, продирался сквозь заросли папоротника. Ветки хлестали его по бокам, а пчёлы всё жужжали позади.

Мишутка бежал, пока не свалился в овражек, заросший густой крапивой. Пчёлы покружили сверху, пожужжали сердито и улетели обратно к своему дуплу.

Медвежонок отдышался и выбрался из оврага. Нос у него был ужален, на лапке вздулся волдырь, а шёрстка вся была в листьях и паутине. Но хуже всего было другое — Мишутка огляделся и не узнал ни одного дерева, ни одной тропинки.

— Мама! — позвал он. Но никто не ответил. Только ветер прошелестел в верхушках деревьев.

— Мамочка! — крикнул Мишутка громче, и голос его задрожал.

Лес вокруг был незнакомый, чужой и очень большой. А медвежонок был маленький. Он сел на пенёк и заплакал.

Но в лесу никто не остаётся без внимания. Первым горькие всхлипы услышал дятел Тук-Тук. Он сидел на сосне и деловито простукивал кору.

— Тук-тук-тук! Кто тут плачет? — дятел перелетел поближе и склонил набок красную шапочку. — Ой, да это же медвежонок! Что случилось?

— Я заблудился! — всхлипнул Мишутка. — Я полез за мёдом, а пчёлы меня прогнали, и я убежал, и теперь не знаю, где мой дом!

— Не плачь, — сказал дятел. — Я летаю высоко и знаю в лесу каждое дерево. Твоя берлога под старым дубом, верно? Это далековато отсюда, но я знаю, в какую сторону. Лети… то есть, иди за мной!

Дятел полетел вперёд, а Мишутка заковылял следом. Но скоро лес стал совсем густым — ёлки стояли стеной, и дятел потерялся среди ветвей.

— Тук-Тук! Тук-Тук! — звал Мишутка, но дятел улетел далеко вперёд и не слышал его.

Медвежонок снова остался один. Губа его задрожала, и он готов был опять заплакать, когда из-за куста вынырнула рыжая мордочка.

— Ты чего тут топчешься? — спросила лиса Алиса, помахивая пушистым хвостом.

— Я заблудился, — в который раз повторил Мишутка. — Дятел хотел меня проводить, но я от него отстал.

— Ах, дятел! Он летает быстро, а думает ещё быстрее, только не обо всех, — хитро прищурилась лиса. — Ну ничего. Я знаю все тропки в этом лесу. Тебе нужно идти к Малинному ручью, а от ручья — прямо к Большой поляне. Оттуда до твоей берлоги — лапой подать. Пойдём, провожу до ручья.

Лиса юркнула вперёд, и Мишутка поспешил за ней. Алиса петляла между деревьями, и вскоре впереди послышалось журчание воды.

— Вот и ручей, — сказала лиса. — А мне дальше нельзя, у меня лисята одни дома. Иди вдоль ручья, пока не услышишь, как он впадает в большую воду. Там найдёшь кого-нибудь, кто покажет дорогу дальше. Удачи, малыш!

И лиса исчезла в кустах, мелькнув рыжим хвостом.

Мишутка побрёл вдоль ручья. Вода весело бежала по камушкам, и идти было уже не так страшно. Но ручей вдруг разделился на два рукава, и медвежонок остановился в растерянности.

— Направо или налево? — пробормотал он.

— Налево, налево! — раздался тоненький голосок.

На берегу сидел ёжик Пыхтелкин и сушил грибы на колючках.

— Направо — болото, — деловито объяснил ёжик. — Там увязнешь по самое пузо. А налево ручей выведет тебя к Большой поляне. Я как раз туда иду, пошли вместе!

Ёжик засеменил рядом, смешно перебирая короткими лапками. Он знал каждую кочку и каждый корень и командовал:

— Здесь перешагни! Тут не наступай — муравейник! А вот тут пригнись — ветка низкая!

Наконец деревья расступились, и Мишутка увидел широкую поляну, залитую вечерним солнцем.

— Вон Большая поляна! — обрадовался ёжик. — А мне пора домой к ежатам. Ты ведь знаешь дорогу от поляны?

Мишутка закрутил головой. Поляну он узнал — мама водила его сюда за малиной. Но с какой стороны они тогда приходили?

— Не знаю… — понурился медвежонок.

— Кар! Кар! — раздалось сверху.

На ветку села старая ворона Каркуша, которая видела всё и всех в лесу.

— Я видела, как твоя мама тебя ищет! — прокаркала она. — Она ходит у Трёх берёз и зовёт тебя. Лети… то есть, беги прямо туда, через поляну и мимо большого камня-валуна!

— Спасибо! Спасибо! — закричал Мишутка и помчался через поляну.

Он обогнул валун, поросший мхом, пробежал через знакомую рощицу — и вдруг увидел три белоствольные берёзы, а под ними — большую, родную, любимую маму-медведицу.

— Мама! — закричал Мишутка и бросился к ней.

— Мишутка! — мама подхватила его, обняла тёплыми лапами и прижала к себе. — Где же ты был? Я так волновалась!

— Мамочка, я полез за мёдом… а потом пчёлы… а потом я заблудился… — лепетал медвежонок, уткнувшись носом в мамину шерсть. — Но мне помогли! Дятел показал направление, лиса довела до ручья, ёжик провёл мимо болота, а ворона подсказала, где ты!

Мама внимательно осмотрела его, подула на ужаленный нос и покачала головой:

— Я же просила тебя никуда не уходить. Видишь — лес большой, а ты ещё маленький.

— Вижу, — вздохнул Мишутка. — Я больше не буду один забираться за мёдом. Честное медвежье слово!

Мама улыбнулась и повела его домой. А по дороге рассказала:

— Когда ты вырастешь, я научу тебя правильно находить мёд, запоминать дорогу и дружить с лесом. А пока — пойдём-ка ужинать. У меня для тебя есть кое-что.

В берлоге на широком листе лопуха стояла большая плошка золотистого мёда — мама выменяла его у знакомого пасечника на корзину лесной малины.

Мишутка ел мёд и думал о том, какой добрый у него лес. Ведь когда тебе плохо, обязательно найдётся тот, кто поможет — нужно только не бояться попросить.

С тех пор Мишутка всегда слушал маму и далеко от берлоги один не уходил. А когда встречал в лесу дятла, лису, ёжика или ворону — всегда говорил им «спасибо» и делился ягодами. Потому что настоящая благодарность — она как мёд: сладкая и никогда не кончается.

Тут и сказке конец, а кто слушал — молодец!